От автора: все события, описанные в рассказе,совсем недавно имели место в действительности. Рассказ основан на фактическомматериале, но сюжет выдуман и изменены все имена и названия.



Эдвард Вокадж впоследствии никакне мог объяснить, почему, собственно, он не выбросил это письмо в мусорнуюкорзину. Он добился в жизни огромного успеха, входил в число самых богатыхлюдей Техаса. Можно было, даже не зная его лично, сразу сказать, что человекон решительный и жесткий.Никто не поверил бы в то, что его можно испугать анонимкой. И были быправы. Эдвард Вокадж не испугался. Но и просто выбросить письмо ему непозволило какое-то смутное чувство тревоги."Мне нужны сто пятьдесят тысяч долларов, - перечитывал он в третий разнапечатанные на обычном листке бумаги строчки. - Если вы не перешлете ихмне, то ваши предприятия постигнет страшная катастрофа, которая приведетк страшным убыткам. Даю вам сроку три дня с половиной.Если денег не будет, вас ждет страшное испытание", - и дата и номер банковскогосчета, судя по всему, где-то в Швейцарии.Автор письма явно не был стилистом. Егоперо нельзя было назвать бойким, а его пристрастие к слову "страшный" превращаловсю историю в глупый фарс. Собственно, секретарша передала Эдварду письмотолько потому, что, как она сказала, хотела повеселить его.Эдвард не увидел здесь повода для веселья.Он еще раз перечитал письмо и решительно нажал на кнопку селектора.- Вызовите полицию.Вышколенная секретарша не позволила себезадавать вопросы, лишь вскинула брови:- Хорошо, сэр.Приехавшие полицейские забрали письмо изаверили Эдварда, что все его предприятия будут осмотрены самым тщательнымобразом. Против ожиданий инспектор полиции, узнав, что вызов исходит отЭдварда Вокаджа, счел своим долгом приехать лично. К делу он отнесся неожиданносерьезно.- Не стоит шутить подобными вещами, - сказалон Эдварду. - На свете полно сумасшедших, которые ненавидят всех вокруг,а больше всего - тех, кто добился успеха. Причем обратите внимание: богатыенаследники редко становятся предметом лютой ненависти. Ненавидят чаще того,кто сделал себя сам, - очевидно, в бессильной злобе, из-за сознания того,что сам оказался на это неспособен. Так что, с вашего разрешения, мы возьмемсобак с хорошим чутьем, натасканных на розыск взрывных устройств, и осмотримпредприятия.- Но это огромные площади, - предупредилВокадж.- Да, я знаю, но что поделаешь! Дай Бог,чтобы трех дней хватило!Вокадж вызвал секретаршу и приказал позаботитьсяо том, чтобы полицейских и собак беспрепятственно пропускали на предприятия."Трех дней едва хватит, чтобы все осмотреть, - думал он. - Впрочем, полициядолжна знать свое дело".Черное золото! Вокадж вспомнил те ужасныевремена, когда он еще не был уверен в том, что под этой землей и в самомделе огромные запасы нефти. Сколько денег он вложил, чтобы развернуться!Как умывался нефтью, хлынувшей наконец из-под земли, - раньше он виделтакое в кино и всегда смеялся. Но, увидев бьющий из недр черный масляныйфонтан, проделал то же самое. Нефть! Нефть и деньги - это синонимы. Теперьон богат и могуществен.Впервые он ощутил что-то вроде сомнения.А если и в самом деле бомба? И полицейские ее не найдут? Здесь, на пропитаннойнефтяными парами земле, самого слабого взрыва достаточно, чтобы причинитьнеисчислимые бедствия. "Страшная катастрофа", - подумал он и поморщился,поняв, что невольно процитировал автора письма.Ему хотелось позвонить управляющим всехсвоих предприятий и предупредить их о необходимости соблюдать осторожность.Хотелось сделать еще что-нибудь, чтобы предотвратить возможную беду. Ноон сдержался.Через полчаса волнение несколько улеглось.Он посмотрел на лежавшую перед ним копию письма, которую секретарша сняла,чтобы подшить в папку, - делопроизводство велось здесь очень серьезно.Письмо уже не выглядело таким страшным. Ему вдруг стало стыдно даже того,что он вызвал полицию.Ничего, они сами отнеслись к этому серьезно."Береженого Бог бережет", - сказал себе Эдвард Вокадж. Пусть осмотрят все,это не помешает.Он взглянул на календарь. Три с половинойдня истекут 1 июля... Больше всего ему не нравилось упоминание о "половинедня".В это время в далеком Нью-Йорке другоймиллионер, некий мистер Рейн, владелец компании по производству продовольствия,главным образом мясных продуктов, тоже вертел в руках пришедшее по почтеписьмо, переданное ему секретаршей:"Мне нужны сто пятьдесят тысяч долларов.Если вы не перешлете их мне, то в скором времени понесете страшные убытки.Даю вам сроку четыре дня с половиной. Если денег не будет, вас ждет страшнаяденежная потеря. Берусь доказать, что не обманываю. Позвоню вам в три часа",- та же дата, тот же номер банковского счета.Рейн размышлял. Можно вызвать полицию,которая легко выяснит, откуда последует звонок, и поймает ловкача. Но сполицией связываться не хотелось. Совесть его была не совсем чиста... Нет,ничего особенно противозаконного, но все же лишний раз попадать в полезрения полиции?! Если это шантаж, то шантажисту, возможно, и есть за чтозацепиться.Он вызвал секретаршу и приказал немедленносоединить его с человеком, который позвонит в три часа. Оставалось десятьминут.Точно такое же письмо получил и биржевоймагнат Поль Мариуш. Правда, ему повезло больше: он получил целых семь споловиной дней сроку. Сумма от него требовалась та же самая. Неизвестныйавтор обещал позвонить в три пятнадцать и доказать, что не блефует.Мариуш был, пожалуй, богаче, чем первыедве жертвы, вместе взятые, хотя и они считались людьми совсем не бедными.Он играл на бирже, делал это с неизменным успехом, и сейчас уже сам незнал размеров собственного состояния. Хорошенько подумав, он, вероятно,вспомнил бы все принадлежащие ему заводы, газеты, магазины и рестораны,- но только хорошенько подумав.Мариуш сразу понял, что это не шантаж.То есть не шантаж в обычном смысле слова. Неизвестный отправитель владееткакой-то информацией, которую хочет продать за сто пятьдесят тысяч долларов.Он единственный из трех подумал, что таинственная информация, возможно,стоит даже дороже. В его практике торговли на бирже такое случалось нередко:те, кто продавал информацию, даже не догадывались о ее истинной цене. Мысльпозвонить в полицию не пришла Полю в голову.Он предупредил секретаршу, чтобы она немедленносоединила его с человеком, который позвонит и отрекомендуется, вероятно,автором письма.Осмотр предприятий нефтяного гиганта ЭдвардаВокаджа в Техасе подходил к концу. Ничего подозрительного обнаружено небыло.Сам Эдвард Вокадж, который уже устыдилсятого, что запаниковал и вызвал полицию, только кивнул, когда ему доложили,что осмотр закончен. "Давно пора забыть об этой ерунде", - решил он. Ктому же полицейский инспектор сообщил ему, что полиция провела дополнительноерасследование, в результате которого выяснилось, что ни указанного номерасчета, ни даже указанного банка не существует. "Просто какой-то псих",- подытожил инспектор, стараясь почтительным тоном смягчить резкость своейформулиров ки.Когда секретарша растерянно сообщила, чтозвонит какой-то человек и уверяет, что он автор письма "насчет страшнойкатастрофы", Эдвард сначала даже растерялся. Он уже и забыл, когда емув последний раз приходилось "теряться". Но он взял себя в руки и поднялтелефонную трубку:- Да!- Господин Вокадж? - раздался неуверенныйдрожащий голос.- Что вам угодно? - холодно осведомилсяЭдвард.- Я думаю, вы не выслали мне денег. Даи номер счета липовый. Можно будет сделать по-другому. Вы согласны заплатить?- Черт меня побери, если я это сделаю!- Хорошо, спасибо, мистер Вокадж, - и неизвестныйявно собрался повесить трубку, но тут Эдвард неожиданно для себя крикнул:- Алло!- Да, я вас слушаю, мистер Вокадж.- Полиция все осмотрела, - заявил Эдвард,стараясь говорить насмешливо и с недоумением замечая, что это удается емуиз рук вон плохо. - Нет никакой бомбы.- Какая бомба? - неподдельно изумился звонивший.Эдвард почувствовал себя так, словно егооставили в дураках.- Но вы же грозили взорвать бомбу, еслия не заплачу вам? - неуверенно сказал он.- Бомбу?! - ужаснулся его собеседник. -Бомбу?! Вы что? Там же люди! Да и потом - это будет хуже бомбы. Гораздохуже, уверяю вас, - и раздались короткие гудки.Эдвард осторожно опустил трубку на рычаги вдруг подумал, что надо было сразу перевести деньги на указанный банковскийсчет, пусть и несуществующий.Ровно в три часа Рейн поднял трубку за-звонившеготелефона. Тот же неуверенный голос, который беседовал с Эдвардом Вокаджем,робко поздоровался.- Здравствуйте, здравствуйте, - нетерпеливоответил Рейн. - Что у вас?- Мистер Рейн, мне нужны деньги.- И вы решили, что можете взять их у меня.- Но у вас их и в самом деле много. Стопятьдесят тысяч - пустяк для вас. И я докажу, что если вы мне не заплатите,то потеряете потом гораздо больше. Вы... вы уже теряете.- Прямо сейчас докажете? - насмешливо спросилРейн.- Не сейчас. Первого числа... первого июля.Я написал такое же письмо Эдварду Вокаджу из Техаса.- Это который с нефтью?- Ну да.- И он заплатил вам?- Нет. Он мне не заплатил.- И почему же вы думаете, что я заплачу?- Мистер Вокадж будет наказан за свою жадность.Наказан завтра, рано утром. Завтра - первое июля. Смотрите выпуски новостей.То, что случится завтра утром, можно было предотвратить. Я бы смог, понимаете?Я! Но он пожалел денег! Могу дать вам справку: ту сумму, которую я запрашивал,он зарабатывает примерно каждые семнадцать часов.- Я не верю вам, - сказал Рейн.- Как угодно, - равнодушно ответил егособеседник. - Но я все-таки еще вам позвоню. - В трубке запиликали короткиегудки.Через минуту после описанного разговоразвонок раздался в офисе Поля Мариуша, который немедленно ответил на него.- Слушаю вас, - бодро сказал он, с удивлениемпонимая, что его собеседника надо поощрить, а то он, похоже, трусит. -У вас что? Информация на продажу? Сколько хотите? Ах да, вы уже написали.Какая у вас информация?- Минутку, - как-то оторопело отозвалсячеловек на другом конце провода. - Вы готовы платить?- Ну, конечно. То есть если информацияи в самом деле ценная.- Ценная, уверяю вас. Вы заплатите мнесто пятьдесят тысяч, а сбережете по крайней мере в сто раз больше.- Конечно, я вам заплачу требуемую сумму.Вы что, за дурака меня принимаете? Зачем же мне отдавать миллион с половиной,если можно вместо этого отдать намного меньше?- Но вы меня совсем не знаете...- Э, дорогой мой, если вы меня обманете,я вас из-под земли достану. Да и кто станет играть в такие странные игры?- Хорошо, очень хорошо. Спасибо большое,- поблагодарил голос, словно это ему делали одолжение. - Тогда давайтетак. Я приведу вам доказательства того, что не шучу, приведу прямо сейчас...- Да не нужны мне ваши доказательства!Приезжайте, я готов платить бабки, объясните мне, в чем дело!Наступила долгая пауза.- Нет, мистер Мариуш. Мы поступим иначе.Сейчас вы получите от меня ценнейшую, просто бесценную информацию совершеннобесплатно. Эта не та, которую я собирался вам предложить, а другая. И яудовольствуюсь вашим честным словом, что завтра, первого июля, вечером,вы заплатите мне. Это избавит вас от той потери, о которой я упомянул.Мариуш помедлил. Это было все-таки оченьстранно, но он привык к риску.- Договорились! - решился он.- Немедленно купите нефтяные акции, - сказалголос. И раздались короткие гудки.Мриуш даже не стал опускать трубку на рычаг.Он тут же связался со своим брокером и приказал скупать нефтяные акциипо первой предложенной цене.Среди ночи Эдварда Вокаджа разбудил звоноктелефона. Он выругался и снял трубку.- Шеф! - орал не своим голосом ему в ухоего первый помощник. - Встали все установки!- Какие установки? - машинально спросилВокадж, постепенно просыпаясь.- Все до единой установки! Они сломались,внезапно остановились! Все до единой! Никто не может их запустить, и мыникак не можем понять, в чем дело! Убытки уже исчисляются миллионами!Эдвард резко сел на постели. Его жена тожепроснулась и смотрела на него огромными испуганными глазами.

• Что ты сказал? - медленно переспросил он.
• - Добыча нефти на всех наших предприятияхпрекращена! Установки просто не работают! Никто не может выяснить, чтос ними! Инженеров срочно вызвали, они вкалывают, как проклятые, но покабезрезультатно!

- Электричество? - слабо спросил Вокадж.- Подается нормально. Ужас, Эдвард! Простоужас! Ты хоть понимаешь, сколько мы теряем каждую минуту? Это катастрофа!- Выезжаю, - кратко бросил Эдвард и началодеваться. Одеваясь, он посмотрел на часы. Первое июля наступило тридцатьтри минуты тому назад.- Я заплачу вам сто пятьдесят тысяч, -быстро проговорил Рейн.Прямо перед ним стоял телевизор. Звук былотключен, но по выражению лица диктора и по кадрам, которые шли на заднемплане, и без того было видно, что творится в Техасе на предприятиях ЭдвардаВокаджа. - Что вы сделали с этими штуками, которые качают нефть?- И пальцем до них не дотронулся, - отвечалтаинственный голос. - Я не понимаю в них решительно ничего.- Но вы говорили, что могли бы предотвратитьто, что случилось.- Для этого вовсе не обязательно разбиратьсяв нефтяных вышках.- Хорошо. Сколько? Ах да, сто пятьдесяттысяч! Куда высылать деньги?- А вы не могли бы... не могли бы датьмне наличными? - робко спросил голос.- Ладно. Наличными так наличными.- Вы потеряете не сто пятьдесят тысяч,а уже гораздо больше, - предупредил голос.- Ну, знаете! Мы так не договаривались.Да я и сто пятьдесят тысяч наличными сейчас с трудом соберу, где же я возьмувам больше?- Вы меня не поняли. Я не собираюсь братьбольше, договоренность есть договоренность. Но вы, поскольку не согласилисьсразу заплатить, уже теряете... И каждую минуту, что мы с вами тратим наразговоры, продолжаете терять.Рейну вдруг стало страшно. Он смотрел наэкран, где метались журналисты, размахивавшие микрофонами, словно кинжалами,обезумевшие люди с вытаращенными глазами, где спокойна была лишь техника,бессильно застывшая на заднем плане, и невольно представил себя на местеВокаджа.- Где вы? - спросил он.- Совсем близко. Раз вы готовы мне заплатитьза информацию, а это только справедливо, я хочу сэкономить вам деньги.- На чье имя заказывать пропуск?- Лучше выйдите ко мне в кафе вместе сденьгами. Я получу их, отойду от вас подальше и, только когда увижу, чтоменя никто не преследует, позвоню вам и расскажу все как есть.Рейн поспешно подчинился: выбора не было.Он лукавил лишь в одном - сто пятьдесят тысяч долларов для него были суммойпустяковой, он их просто вытащил трясущимися руками из сейфа и вышел. Работникис любопытством смотрели на шефа, который среди бела дня куда-то направлялсяс громоздкой и явно тяжелой сумкой в руках, но спросить никто ни о чемне посмел.Рейн вошел в кафе и тут только сообразил,что не знает своего собеседника. Однако эта проблема решилась легко: кнему бочком подошел маленький незаметный человечек.- Мистер Рейн? - спросил он и забрал сумку.- Очень рад познакомиться, мистер Рейн.- Как вас зовут? - спросил Рейн, послушновыпуская сумку из рук.Человечек покачал головой.- В свое время вы не пожелали знать моеимя, - загадочно сказал он. - Теперь я сам не хочу его вам говорить. Спасибо,- он встряхнул сумку.- Здесь нельзя пересчитывать, - сказалРейн.- Да я и не собираюсь, мистер Рейн, уверяювас, не собираюсь. Всего хорошего... Можно попросить вас вернуться в офис?Очень хорошо. Скоро я вам позвоню.- Вы говорите, что каждую минуту...- Да, так что не будем терять времени,мистер Рейн. Даю вам слово, что сделаю все возможное, чтобы сберечь вашиденьги.Рейн чуть ли не бегом вернулся в офис,нарочно не оглядываясь, чтобы человечек не подумал, что он следит за ним.Взлетев наверх, он впервые за двадцать лет заявил секретарше, что будетсам отвечать на телефонные звонки.Незнакомец сдержал слово: позвонил всегочерез восемь минут. И затаивший дыхание Рейн понял наконец, как он сглупил:- Я работал у вас программистом, мистерРейн. Вы меня уволили. Не пожелали даже выслушать.- Не помню.- Ну, конечно! А между тем я хорошо знаювашу систему компьютерного учета, мистер Рейн. Сегодня, первого июля, вполе зрения компьютера попали продукты на вашем складе, срок хранения которыхистекает первого января двухтысячного года.- Ну и что?Рейн вздохнул.- Вы уволили меня, хотя я написал вам докладнуюо том, что надо готовиться к наступлению нового тысячелетия. Вы докладнуюпроигнорировали.- Кажется, да.- В компьютер поступила информация, чтосрок хранения продуктов истекает в нулевом году. Ноль-ноль, понимаете?В компьютере указаны только две последние цифры! И для него это тысячадевятисотый год! Компьютер сделал вывод, что срок хранения продуктов истекв тысяча девятисотом году, и отдал приказ на их уничтожение.- Что?! - воскликнул Рейн.

• Процесс пошел, как говорил русский президентГорбачев. Я знаю лучше всех, что на ваших складах все автоматизировано,мистер Рейн. Немедленно отдайте приказ прекратить вывоз контейнеров с товарами,указанных компьютером, на уничтожение!
• Рейн умел работать, умел признавать поражения,умел ориентироваться в трудных ситуациях. Одной рукой прижимая к уху телефоннуютрубку, другой уже нажал на кнопку вызова секретаря и приказал немедленносвязаться со всеми складами.

- А что у Вокаджа? - спросил он.- Он тоже меня уволил, - злорадно ответилего собеседник. _ Еще грубее и бесцеремоннее, чем вы. И тоже только отмахнулсяот моих предупреждений. Так что у него дела обстоят намного хуже. Я знал,что вы все сразу платить не станете, и специально выбрал именно его в качествепримера. Демонстрация силы!- Но что произошло в его компании?- У него компьютерная программа каждыеполгода, то есть в ночь с тридцатого июня на первое июля, проверяет техническоесостояние оборудования. Оборудование должно пройти технический контрольв двухтысячном году. Компьютер увидел два нуля и решил, что установки непроверялись с тысяча девятисотого года. Он немедленно остановил все доединого работавшие механизмы.- Господи! - прошептал Рейн.Через четверть часа он уже знал, сколькопродуктов уничтожено, и знал, что успел потерять почти полтора миллионадолларов. При мысли о том, какими были бы убытки, если бы он продолжалупрямиться и не заплатил своему бывшему программи сту, у Рейна даже лысинавспотела.Сто пятьдесят тысяч, Господи! Этот человекпросил всего сто пятьдесят тысяч!Крупнейший поставщик нефти, компания "Вокаджи сыновья" прекратила поставки и не заключала новых договоров. Цена нанефть немедленно взлетела до небес.Поль Мариуш сидел в своем офисе и в восторгеподсчитывал прибыль. Он не помнил такого успеха за всю свою практику, хотявсегда играл очень удачно.- Вы были единственным, кто не уволил меняи не причинил мне никакого зла, - признался, позвонив ему, тот, кому онбыл обязан своим успехом. - Но я кое-что знал и подумал, что если я васпредупрежу и вы со мной поделитесь, то это будет справедливо...- Конечно, справедливо, дружище! - ликуя,воскликнул в ответ Мариуш. - Что там у вас?- Вы помните, что взяли от своего именикредит в банке для какого-то вашего друга?- Да. Наши отцы погибли вместе на войне.Ему не так повезло в жизни, как мне. Но разговор шел не о деньгах, он толькопопросил помочь с кредитом. И уже выплатил его.- Как выплатил? - удивился звонивший.- Он выплатил мне единовременно, когдазаработал деньги, а я не стал их переводить в банк. Кредит гасится автоматическис моего счета.- Вот о том и речь. Именно о том и речь.Компьютер начисляет проценты на кредит, сейчас уже до двухтысячного года.Имейте в виду: если вы не примете мер, то два ноля в своей памяти компьютерсочтет тысяча девятисотым годом и начислит проценты за сто лет! Снимаютсяс вашего счета вычисленные компьютером суммы автоматически, и вы потеряетебольше миллиона! Намного больше! Впрочем, потом, возможно, удастся вернутьденьги, но...- Дружище, - прервал его Мариуш. - Сейчася позвоню этим болванам из компьютер ного центра и велю все уладить. Кстати,с завтрашнего дня вы возглавляете этот центр. Вы где? Жарьте сюда. Имейтев виду: сто пятьдесят тысяч я вам не дам. Я дам вам триста. Нет, лучшетриста пятьдесят. Татьяна КОСОВА. Татьяна Косова, редактореженедельной газеты "Вестник Кипра", автор детективных новелл и романов(см. "самый интересный журнал Наука и жизнь " №№ 3, 7, 1999 г.).

Быстрая навигация: [москвамосква. декабрь 1941 года] [заметки о нашем поведении] [занимательная библиография] [про букву Ё] [причудыпричуды словарной фиксации] [какого рода киви?какого рода киви?] [сколько рсколько раз можно рисковать?] [ итак, она з итак, она звалась татьяной... ] [пуля пуля стрелка миновала...] [вий - кто он?вий - кто он?] [занимательзанимательное воздухоплавание] [слово о мамеслово о маме] [царевна-лягушка и женевские соглашения] [курантыкуранты]